Рукопись, найденная в бутылке

(Рейтинг +29)
Loading ... Loading ...

находится под воздействием какого-то сильного течения или бурного глубинного
потока.
=
Я столкнулся лицом к лицу с капитаном, и притом в его же собственной
каюте, но, как я и ожидал, он не обратил на меня ни малейшего внимания.
Пожалуй, ни одна черта его наружности не могла бы навести случайного
наблюдателя на мысль, что он не принадлежит к числу смертных, и все же я
взирал на него с чувством благоговейного трепета, смешанного с изумлением.
Он приблизительно одного со мною роста, то есть пяти футов восьми дюймов, и
крепко, но пропорционально сложен. Однако необыкновенное выражение,
застывшее на его лице, — напряженное, невиданное, вызывающее нервную дрожь
свидетельство старости столь бесконечной, столь несказанно глубокой, —
вселяет мне в душу ощущение неизъяснимое. Чело его, на котором почти не
видно морщин, отмечено, однако, печатью неисчислимого множества лет. Его
седые бесцветные волосы — свидетели прошлого, а выцветшие серые глаза —
пророчицы грядущего. На полу каюты валялось множество диковинных фолиантов с
медными застежками, позеленевших научных инструментов и древних, давно
забытых морских карт. Склонившись головою на руки, он вперил свой горячий,
беспокойный взор в какую-то бумагу, которую я принял за капитанский патент и
которая, во всяком случае, была скреплена подписью монарха. Он сердито
бормотал про себя — в точности как первый моряк, которого я увидел в трюме,
— слова какого-то чужеземного наречия, и, хотя я стоял почти рядом, его
глухой голос, казалось, доносился до меня с расстояния в добрую милю.
=
Корабль и все находящееся на нем проникнуто духом Старины. Моряки
скользят взад-вперед, словно призраки погребенных столетий, глаза их
сверкают каким-то лихорадочным, тревожным огнем, и, когда в грозном мерцании
боевых фонарей руки их нечаянно преграждают мне путь, я испытываю чувства
доселе не испытанные, хотя всю свою жизнь занимался торговлею древностями и
так долго дышал тенями рухнувших колоннад Баальбека, Тадмора и Персеполя,
что душа моя и сама превратилась в руину.
=
Оглядываясь вокруг, я стыжусь своих прежних опасений. Если я дрожал от
шквала, сопровождавшего нас до сих пор, то разве не должна поразить меня
ужасом схватка океана и ветра, для описания коей слова «смерч» и «тайфун»,
пожалуй, слишком мелки и ничтожны? В непосредственной близости от корабля
царит непроглядный мрак вечной ночи и хаос беспенных волн, но примерно в
одной лиге по обе стороны от нас виднеются там и сям смутные силуэты
огромных ледяных глыб, которые, словно бастионы мирозданья, возносят в
пустое безотрадное небо свои необозримые вершины.
=
Как я и думал, корабль попал в течение, если это наименование может
дать хоть какое-то понятие о бешеном грозном потоке, который, с неистовым
ревом прорываясь сквозь белое ледяное ущелье, стремительно катится к югу.
=
Постигнуть весь ужас моих ощущений, пожалуй, совершенно невозможно;
однако страстное желание проникнуть в тайны этого чудовищного края
превосходит даже мое отчаяние и способно примирить меня с самым ужасным
концом. Мы, без сомнения, быстро приближаемся к какому-то ошеломляющему
открытию, к разгадке некоей тайны, которой ни с кем не сможем поделиться,
ибо заплатим за нее своею жизнью. Быть может, это течение ведет нас прямо к
Южному полюсу. Следует признать, что многое свидетельствует в пользу этого
предположения, на первый взгляд, по-видимому, столь невероятного.
=
Матросы беспокойным, неверным шагом с тревогою бродят по палубе, но на
лицах их написана скорее трепетная надежда, нежели безразличие отчаяния.
Между тем ветер все еще дует нам в корму, а так как мы несем слишком
много парусов, корабль по временам прямо-таки взмывает в воздух! Внезапно —
о беспредельный чудовищный ужас! — справа и слева от нас льды расступаются,
и мы с головокружительной скоростью начинаем описывать концентрические круги
вдоль краев колоссального амфитеатра, гребни стен которого теряются в
непроглядной дали. Однако для размышлений об ожидающей меня участи остается
теперь слишком мало времени! Круги быстро сокращаются — мы стремглав ныряем
в самую пасть водоворота, и среди неистового рева, грохота и воя океана и
бури наш корабль вздрагивает и — о боже! — низвергается в бездну!
=
Примечание. «Рукопись, найденная в бутылке» была впервые опубликована в
1831 году, и лишь много лет спустя я познакомился с картами Меркатора, на
которых океан представлен в виде четырех потоков, устремляющихся в
(северный) Полярный залив, где его должны поглотить недра земли, тогда как
самый полюс представлен в виде черной скалы, вздымающейся на огромную
высоту.

Страницы: 1 2 3

Комментарии:
  1. 4 коммент. к “Рукопись, найденная в бутылке”

  2. Толк - Окт 7, 2011 | Ответить

    ничтяк

    [Ответить]

  3. Jeckyl - Дек 1, 2012 | Ответить

    Супер!!!

    [Ответить]

  4. Алексей - Мар 1, 2014 | Ответить

    Класс! Очень понравилось!!

    [Ответить]

Оставить комментарий или два

Я не робот!