Черт на колокольне

(Рейтинг +35)
Loading ... Loading ...

Произведение в мультимедии

Аудиокнига:
Фильм:


«Который час?»
Известное выражение

Черт на колокольне

Решительно всем известно, что прекраснейшим местом в мире является —
или, увы, являлся — голландский городок Школькофремен. Но ввиду того, что
он расположен на значительном расстоянии от больших дорог, в захолустной
местности, быть может, лишь весьма немногим из моих читателей довелось в
нем побывать. Поэтому ради тех, кто в нем не побывал, будет вполне уместно
сообщить о нем некоторые сведения. Это тем более необходимо, что, надеясь
пробудить сочувствие публики к его жителям, я намереваюсь поведать здесь
историю бедственных событий, недавно происшедших в его пределах. Никто из
знающих меня не усомнится в том, что долг, мною на себя добровольно
возложенный, будет выполнен в полную меру моих способностей, с тем строгим
беспристрастием, скрупулезным изучением фактов и тщательным сличением
источников, коими ни в коей мере не должен пренебрегать тот, кто
претендует на звание историка.
Пользуясь помощью летописей купно с надписями и древними монетами, я
могу утверждать о Школькофремене, что он со своего основания находился
совершенно в таком же состоянии, в каком пребывает и ныне. Однако с
сожалением замечу, что о дате его основания я могу говорить лишь с той
неопределенной определенностью, с какой математики иногда принуждены
мириться в некоторых алгебраических формулах. Поэтому могу сказать одно:
городок стар, как все на земле, и существует с сотворения мира.
С прискорбием сознаюсь, что происхождение названия «Школькофремен»
мне также неведомо. Среди множества мнений по этому щекотливому вопросу —
из коих некоторые остроумны, некоторые учены, а некоторые в достаточной
мере им противоположны — не могу выбрать ни одного, которое следовало бы
счесть удовлетворительным. Быть может, гипотеза Шнапстринкена, почти
совпадающая с гипотезой Тугодумма, при известных оговорках заслуживает
предпочтения. Она гласит: «Школько» — читай — «горький» — горячий’,
«фремен» — непр.- вм. «кремень»; видимо, идиом. для «молния». Такое
происхождение этого названия, по правде говоря, поддерживается также
некоторыми следами электрического флюида, еще замечаемыми на острие шпиля
ратуши. Однако я не желаю компрометировать себя, высказывая мнения о столь
важной теме, и должен отослать интересующегося читателя к труду
«Oratiunculoe de Rebus Proeter-Veteris» [«Небольшие речи о давнем прошлом»
(лат.)] сочинения Брюкенгромма. Также смотри Вандерстервен, «De
Derivationibus» [«Об образованиях» (лат.)] (стр. 27-5010, фолио, готич.
изд., красный и черный шрифт, колонтитул и без арабской пагинации), где
можно также ознакомиться с заметками на полях Сорундвздора и комментариями
Тшафкенхрюккена.
Несмотря на тьму, которой покрыты дата основания Школькофремена и
происхождение его названия, не может быть сомнения, как я уже указывал
выше, что он всегда выглядел совершенно так же, как и в нашу эпоху.
Старейший из жителей не может вспомнить даже малейшего изменения в облике
какой-либо его части; да и самое допущение подобной возможности сочли бы
оскорбительным. Городок расположен в долине, имеющей форму правильного
круга,- около четверти мили в окружности,- и со всех сторон его обступают
пологие холмы, перейти которые еще никто не отважился. При этом они
ссылаются на вполне здравую причину: они не верят, что по ту сторону
холмов хоть что-нибудь есть.
По краю долины (совершенно ровной и полностью вымощенной кафелем)
расположены, примыкая друг к другу, шестьдесят маленьких домиков. Домики
эти, поскольку задом они обращены к холмам, фасадами выходят к центру
долины, находящемуся ровно в шестидесяти ярдах от входа в каждый дом.
Перед каждым домиком маленький садик, а в нем — круговая дорожка,
солнечные часы и двадцать четыре кочана капусты. Все здания так схожи
между собой, что никак невозможно отличить одно от другого. Ввиду большой
древности архитектура у них довольно странная, но тем не менее она весьма
живописна. Выстроены они из огнеупорных кирпичиков — красных, с черными
концами, так что стены похожи на большие шахматные доски. Коньки крыш
обращены к центру площади; вторые этажи далеко выступают над первыми. Окна
узкие и глубокие, с маленькими стеклами и частым переплетом. Крыши покрыты
черепицей с высокими гребнями. Деревянные части — темного цвета; и хоть на
них много резьбы, но разнообразия в ее рисунке мало, ибо с незапамятных
времен резчики Школькофремена умели изображать только два предмета — часы
и капустный кочан. Но вырезывают они их отлично, и притом о поразительной
изобретательностью — везде, где только хватит места для резца.
Жилища так же сходны между собой внутри, как и снаружи, и мебель
расставлена по одному плану. Полы покрыты квадратиками кафеля; стулья и
столы с тонкими изогнутыми ножками сделаны из дерева, похожего на черное.
Полки над каминами высокие и черные, и на них имеются не только
изображения часов и кочанов, но и настоящие часы, которые помещаются на
самой середине полок; часы необычайно громко тикают; по концам полок, в
качестве пристяжных, стоят цветочные горшки; в каждом горшке по капустному
кочану. Между горшками и часами стоят толстопузые фарфоровые человечки; в
животе у каждого из них большое круглое отверстие, в котором виден часовой
циферблат.
Камины большие и глубокие, со стоячками самого фантастического вида.
Над вечно горящим огнем — громадный котел, полный кислой капусты и
свинины, за которым всегда наблюдает хозяйка дома. Это маленькая толстая
старушка, голубоглазая и краснолицая, в огромном, похожем на сахарную
голову, чепце, украшенном лиловыми и желтыми лентами. На ней оранжевое
платье из полушерсти, очень широкое сзади и очень короткое в талии, да и
вообще не длинное, ибо доходит только до икр. Икры у нее толстоватые,
щиколотки — тоже, но обтягивают их нарядные зеленые чулки. Ее туфли — из
розовой кожи, с пышными пучками желтых лент, которым придана форма
капустных кочанов. В левой руке у нее тяжелые голландские часы, в правой —
половник для помешивания свинины с капустой. Рядом с ней стоит жирная
полосатая кошка, к хвосту которой мальчики потехи ради привязали
позолоченные игрушечные часы с репетиром.
Сами мальчики — их трое — в саду присматривают за свиньей. Все они
ростом в два фута. На них треуголки, доходящие до бедер лиловые жилеты,
короткие панталоны из оленьей кожи, красные шерстяные чулки, тяжелые
башмаки с большими серебряными пряжками и длинные сюртучки с крупными
перламутровыми пуговицами. У каждого в зубах трубка, а в правой руке —
маленькие пузатые часы. Затянутся они — и посмотрят на часы, посмотрят — и
затянутся. Дородная ленивая свинья то подбирает опавшие капустные листья,
то пытается лягнуть позолоченные часы с репетиром, которые мальчишки
привязали к ее хвосту, дабы она была такой же красивой, как и кошка.
У самой парадной двери, в обитых кожей креслах с высокой спинкой и
такими же изогнутыми ножками, как у столов, сидит сам хозяин дома. Это
весьма пухлый старичок с большими круглыми глазами и огромным двойным
подбородком. Одет он так же, как и дети,- и я могу об этом более не
говорить. Вся разница в том, что трубка у него несколько больше и дым он
пускает обильнее. Как и у мальчиков, у него есть часы, но он их носит в
кармане. Говоря по правде, ему надо следить кое за чем поважнее часов,- а
за чем, я скоро объясню. Он сидит, положив правую ногу на левое колено,
облик его строг, и, по крайней мере, один его глаз всегда прикован к
некоей примечательной точке в центре долины.
Точка эта находится на башне городской ратуши. Советники ратуши — все
очень маленькие, кругленькие, масленые и смышленые человечки с большими,
как блюдца, глазами и толстыми двойными подбородками, а сюртуки у них
гораздо длиннее и пряжки на башмаках гораздо больше, нежели у обитателей
Школькофремена. За время моего пребывания в городе у них состоялось
несколько особых совещаний, и они приняли следующие три важных решения:
«Что изменять добрый старый порядок жизни нехорошо»;
«Что вне Школькофремена нет ничего даже сносного» и
«Что мы будем держаться наших часов и нашей капусты».
Над залом ратуши высится башня, а на башне есть колокольня, на
которой находятся и находились с времен незапамятных гордость и диво этого
города — главные часы Школькофремена. Это и есть точка, к которой обращены
взоры старичков, сидящих в кожаных креслах.
У часов семь циферблатов — по одному на каждую из сторон колокольни,-
так что их легко увидеть отовсюду. Циферблаты большие, белые, а стрелки
тяжелые, черные. Есть специальный смотритель, единственной обязанностью
которого является надзор за часами; но эта обязанность — совершеннейший
вид синекуры, ибо со школькофременскими часами никогда еще ничего не
случалось. До недавнего времени даже предположение об этом считалось
ересью. В самые древние времена, о каких только есть упоминания в архивах,
большой колокол регулярно отбивал время. Да, впрочем, и все другие часы в
городе тоже. Нигде так не следили за точным временем, как в этом городе.
Когда большой колокол находил нужным сказать: «Двенадцать часов!» — все
его верные последователи одновременно разверзали глотки и откликались, как

Страницы: 1 2

Комментарии:

Оставить комментарий или два

Я не робот!